История из пороха и стали

Леонид Петрашин

Стены квартиры Леонида Петрашина увешаны антиквариатом

В семье Леонида Петрашина даже за обеденным столом, стилизованным под антикварную вещь, сидят в креслах XIX века. Ведь, по словам коллекционера, старинная мебель — настоящая, «живая», и сделана на совесть, так что современным мастерам стоит поучиться у «старших товарищей».

Что побудило его посвятить себя столь нехарактерному для человека с юридическим образованием хобби, «Остров…» узнавал у хозяина «дома-музея».

— Как говорится, страсть к коллекционированию — это первый шаг к помешательству, — смеется коллекционер. — Наверное, так оно и есть, ведь все люди, «подцепившие» эту бациллу, готовы в любую минуту приехать хоть за тридевять земель ради какой-то старинной железки, за которую им не жалко отдать кучу денег в долларах.

— Вы интересуетесь только старинным оружием?

— Лишь тем, которое старше Второй мировой войны. Современное я терпеть не могу, — все это компиляция, никакой индивидуальности. В этом плане люблю Россию, уважаю Австро-Венгрию, положительно отношусь к Германии, Франции и еще некоторым странам. Отдельной строкой в моем личном рейтинге идут Советский Союз, Турция и Балканские страны. Мне очень нравится, что у оружия этих стран есть собственное «лицо», индивидуальные черты, которые не спутаешь с другими. Опытный историк никогда не спутает македонский клинок с черногорским или сербским.

— У каждой старинной вещи есть собственная история. Какие тайны хранят клинки из вашей коллекции?

— Изучая прошлое тех экземпляров оружия, которые попадают мне в руки, можно узнать массу интересных историй. Есть у меня в коллекции российская боевая чиновничья шпага, которую в свое время кузнечным методом собрали из обломков. Офицерские шпаги так просто не ломаются на части: это случается, когда сановитого гражданина за серьезный проступок лишают дворянства. «Казнь» состоит из ритуала, согласно которому шпагу провинившегося дворянина ломают над его головой при большом скоплении народа. Впрочем, этого дворянина, наверное, реабилитировали, иначе клинок не стали бы ковать заново, однако история об этом умалчивает.